Популярные среди японских солдат групповые изнасилования местных женщин на оккупированных территориях очень беспокоили армейское командование. Поэтому когда в 1932 году на стол японскому генерал-лейтенанту Окамуре Ясудзи легли на стол 223 рапорта об изнасилованиях китаянок японскими солдатами, его терпение лопнуло. Он попросил командование организовать на территории оккупируемого Китая специальные «станции комфорта», где солдаты могли бы удовлетворять свои естественные нужды. При этом вряд ли генерал-лейтенанта, как, впрочем, и всех японских генералов и чиновников, ответственных за организацию «станций комфорта», заботила судьба несчастных китаянок. В документах того времени говорится, что «станции» были созданы для «уменьшения антияпонских настроений, возникавших на оккупированных территориях из-за изнасилований японскими солдатами местных жительниц, а также ради необходимости не допустить снижения боеспособности солдат из-за появления у них венерических и других заболеваний».

Первая «станция комфорта» была открыта в 1932 году в Шанхае. Сначала на эту работу набирались японки-добровольцы, но затем их стало явно не хватать. Тогда женщин стали привозить из индонезийских и филиппинских лагерей для интернированных. Кроме того, в газетах Кореи и Китая, а также других оккупированных Японией и охваченных войной и разрухой территорий появились объявления с предложениями работы молодым женщинам. Многие девушки, желающие прокормить семью, с охотой соглашались поработать на фабриках, в отелях или больницах — именно это им обещалось в объявлениях. На самом деле их свозили на «станции комфорта», насиловали и принуждали заниматься проституцией. Особо строптивых просто привязывали к кроватям.

Всего через «станции комфорта» прошло, по разным оценкам, от 50 до 300 тыс. девушек, многие из которых были несовершеннолетними.

До конца войны дожила лишь каждая четвертая из них, поскольку условия существования у них были просто ужасные. Женщины обслуживали по 20–30 солдат в день. «Неважно, утро было или день, — один солдат выходил, другой тут же входил, — рассказывала одна из бывших “женщин для комфорта” Пак Кумджу. — Мы пытались отговорить друг друга от суицида, но случаи все же были. Некоторые воровали у солдат опиум и принимали его в больших количествах, погибая от передозировки. Другие пачками принимали незнакомые лекарства, надеясь, что это прервет их жизнь. Третьи вешались на своей одежде в туалете».

Каждую неделю женщин осматривали на предмет венерических заболеваний. Если женщины были здоровы, то доктора зачастую были не прочь сами их изнасиловать. Если женщины каким-то образом все же заражались, им кололи препарат, который они называли «номер 606». Это был террамицин — мощный антибиотик широкого спектра действия. Если женщина беременела, в ход тоже шел террамицин, который провоцировал выкидыш. Японцев не волновало, что террамицин имеет очень серьезный побочный эффект — в дальнейшем женщинам было очень сложно родить здоровых детей, да и вообще родить.

Правда, несмотря на наличие «станций комфорта», солдаты продолжали массово насиловать местных жительниц. Их логика была проста: за посещение «станции» нужно было платить. Но, несмотря на это, сеть «станций» неуклонно расширялась, пока не покрыла всю территорию японской империи. 3 сентября 1942 года в докладе на заседании высших руководителей министерства армии указывалось, что «в Северном Китае находится 100 “станций комфорта”, в Центральном Китае — 140, в Южном — 40, в Юго-Восточной Азии — 100, в Южных морях — 10, на Сахалине — 10». Итого по всей империи 400 «станций».

Все они были условно разделены на три группы. Первые находились под прямым управлением японского военного командования. Вторые, которых было больше всего, формально контролировались частными лицами, но де-факто находились в подчинении военных. Третьи же были в частных руках и туда пускали не только военных, но и обычных японцев, жаждущие утех.

Эта государственная сеть насилия разрушилась только после поражения Японии. После войны вопрос о «женщинах для комфорта» ушел в тень. Японское правительство по понятным причинам замалчивало эту практику, а сами женщины стыдились рассказывать, что они работали на фабриках сексуальных услуг.